Переполох в провинциальном городке французском
История о том, как Янек, польский дальнобойщик по Европе, съехал с трассы и поехал в объезд, следуя совету навигатора.
Это было прошлым летом, когда я вёз груз вина из Бордо в Брюссель. Всё шло гладко, пока не выяснилось, что главная автомагистраль перекрыта из-за аварии — какой-то фургон с дынями перевернулся, и вся дорога была в каше. Навигатор предложил объезд через какой-то крошечный французский городок, не помню, как название. Назову его, к примеру, Сен-Мартен (Французы любят называть свои городки именами святых). Решил — и поехал. Такие объездные маршруты я называю про себя туристическими. Так как пока едешь по ним, видишь много интересного, чего нельзя увидеть с автобанов, обычно изолированных и проходящих в стороне от настоящей жизни.
Сен-Мартен — это тебе не современный город с прямыми авеню по три полосы в каждом направлении! Сен-Мартен – это какой-то уединённый исторический музей Средневековья прямо под открытым небом! Улочки такие узкие, что я, кажется, мог бы руками стены потрогать, даже не вылезая из кабины. Каменные невысокие домишки, окна с открытыми деревянными ставнями, на подоконниках — цветочные горшки, барахтается на ветру бельё, на перекинутых с балкона на балкон верёвках. Местные ротозеи глазеют на мою фуру, как на слона пришедшего на детскую площадку.
А я, с моей двадцатитонной махиной, пытаюсь вырулить по этим переулкам, где, клянусь, даже велосипедисты с трудом разъезжаются. Солнце французское летнее глаза слепит, всяких пород кошки беспрестанно лезут прямо под колёса и шмыгают и шмыгают, перебегая улицу туда-сюда. Я весь вспотел от напряжения, пока протискивался между стен и аккуратных живых изгородей.
Даже центральная площадь — размером с коврик у меня в кабине. За маленькими столиками уличных кафе старики сидят-попивают эспрессо, бабульки с корзинками фруктов судачат о чём-то своём, дети носятся из подворотни в подворотню – суета! Меня тут только и не доставало, ха-ха-ха.
Вижу, следующий поворот такой крутой, что мне не развернуться. Пытаюсь сдать назад — бип-бип-бип, — а там уж и чей-то мопед успел припарковался на моём пути. Владелец мопеда исчез за дверями кафешки, а проходившая мимо старушка с цветастым зонтом против солнца, дама лет семидесяти с лишним в длинном платье, закричала что-то с выражением на лице таким, как будто я ей на ногу наехал колесом прицепа. Я высовываюсь из окна и кричу ей по-английски: «Мадам пардон, уберите мопед, плиииз!» А она на меня зонтиком машет и только своё повторяет «салё» да «салё». Ну, думаю, приехали надолго.
Тут на шум собирается толпа зевак. Какой-то дед вытаскивает из авоськи длиннющий багет и начинает им показывать, куда мне ехать и где повернуть, но его старания не сильно помогают. Дети, довольные этим уличным шумом, снимают всё происходящее на телефоны — чувствую — быть мне новой звездой в местном Инстаграмме.
Им всё это весело и интересно, а я сижу, потею, руль кручу, зеркала складываю, молюсь, чтобы не снести какой-нибудь балкон. Один раз зацепил вывеску булочной — она качнулась, но, слава богу, не упала. Хозяин булочной, лысый мужик с усами, увидал, и заморгал испуганно глазами: «Mon dieu, c’est un désastre!» Я ему через окно: «Дезастры у вас тут, а у меня непредвиденная ситуация! Мажор.» — объясняю ему, как могу.
И вот, когда я уже думал, что застряну в этом Сен-Мартене до пришествия Христа Спасителя, появляется решение моей проблемы в образе местного полицейского, Жан-Марка, как он любезно представился мне. Парень молодой, в форме, с улыбкой, как из рекламы зубной пасты. Он начинает дирижировать толпой, как маэстро: мопед оттащили, детей разогнали, деду с багетом велели молчать. Жан-Марк мне по-английски: «Месье, доверьтесь мне, я знаю эти улицы». Он пошёл впереди, делая жесты руками, а я пополз следом за ним, точно слепой неопытный котёнок.
В итоге мы выбрались на нормальную дорогу через какой-то переулок, который сам бы я и не заметил ни за что на свете. Жан-Марк смеётся, говорит: «Ты не первый, кто тут застрял, но самый большой». Я в благодарность достал из кабины банку маринованных огурцов — одну из тех, которыми меня мама в дорогу снабдила. Он отмахивался, но я настоял: «Жан-Марк, ты непревзойдённый дирижёр на улице и смог бы даже управлять оркестром, а не только фурой!». Он рассмеялся, довольный, взял угощение, подмигнул мне на прощание и пожелал больше сюда не попадать.
Когда я уже выехал из городка, посмотрел в зеркало заднего вида — Сен-Мартен весь сверкает черепицей на закате солнца, точно бесценный алмаз. Ну, думаю, досталось приключение на мою седую бороду! Хватило — больше никаких объездов по неведомым местам! Не угадаешь, что за декорации тебя там ожидают, и в какой ещё музей ты попадёшь. Однако, смешно вспомнить. Вот и записал эту историю в блокнот, чтоб после ещё посмеяться. Дорога, она такая — то нервы на пределе держит, то норовит подшутить. А я всё равно люблю её, извилистую и бесконечную.